Ольга Чертова (Коноша)
«В 27 лет я осталась одна с тремя детьми. Как-то пришли в садик (я работала воспитателем) узбеки, принесли ковры продавать. А у нас и на хлеб денег нет. 90-е годы. Я и говорю: „Ковры не надо, а на квартиру бы я взяла“. На следующий день иду, они кричат: „Женщина, тут приехали, квартира нужна“. Я перед этим ночью лежала, молилась и просила: „Господи, помоги ты мне хоть какой-то выход найти“. Мне же надо детей кормить. Нам по полгода зарплату не платили. Ребенок заболеет, придешь с рецептом в контору и говоришь: „Дайте хоть на лекарства денег“. А там отвечают: „Нарожают, потом ходят!“ А я же за своими пришла, я их заработала. В садике все берут с кухни отходы для собак, а я брала их, чтобы ребят кормить. В общем, пустила я квартирантов. И они говорят: „Оля, тебе надо начинать торговать. Пока мы тут, у тебя дети сытые, а уедем, опять будут голодные. Ищи деньги и едь в Белоруссию за товаром“. Я у всех просила, никто не давал. Пошла к родителям, они не дают: „Да тебя там убьют, деньги отнимут, ты на нас троих детей повесишь“. Что делать? Больше мне не у кого просить, и я говорю: „Если вы мне деньги не дадите, я повешусь, и трое детей точно на вас останутся“. Конечно, я бы этого не сделала, но они поверили. Мать поплакала и дала деньги. Я поехала. Потом долг родителям отдала, купила квартиру, дачу. Детей вырастила. Если бы не торговля, мне бы постоянно не хватало денег, это же унижение — жить без денег».